Владимир Ланде: «Хочу, чтобы Красноярский оркестр стал узнаваемым в мире»

В конце апреля Красноярский академический симфонический оркестр возглавил новый главный дирижер Владимир Ланде. Маэстро получил образование в Санкт-Петербурге и США, востребован как дирижер и педагог во многих странах мира. В Красноярске он впервые выступил с концертом в феврале этого года. А за неполных три месяца работы в новом статусе уже успел проявить себя как человек увлекающийся и открытый к творческим экспериментам. Он охотно поддерживает выступление своего оркестра на траве и не гнушается сам дирижировать «Ночью в филармонии». А в следующем сезоне обещает еще больше всего интересного.

Владимир Ланде

Владимир Ланде

– Ваш предшественник запомнился тем, что начал свою работу с решения вопросов административных – покупки новых стульев, принтера, вкручивания лампочек, «закручивания гаек» чиновникам. Какие приоритеты у вас, Владимир?
– Приоритеты? Вы знаете, для меня важен комплекс задач, я их не разделяю. Репетиции, работа со слушателями, планирование репертуара, гастролей, переговоры с солистами и импресарио. А начал с продвижения оркестра за пределы Красноярска – хочу, чтобы он стал узнаваемым во всех точках земного шара.

– Вот так, сразу, с места в карьер?
– Не вижу в этом ничего необычного. (Улыбается.) В современном мире выход на высокий международный уровень уже не роскошь, а необходимость, музыкантам нужен творческий простор. И должен заметить, что оркестр того заслуживает. Такого экспрессивного и глубокого звучания я не слышал очень давно, для меня это стало счастливым открытием. И одной из главных причин, почему я с удовольствием принял приглашение стать главным дирижером Красноярского оркестра – почувствовал, что его перспективы, потенциал и возможности уникальны. Я услышал в его исполнении пиано и пианиссимо – то есть, тишайшие звуки, так умеют играть только коллективы экстра-класса. Просто с каждым музыкантом нужно работать, правильно мотивировать, создавать творческую атмосферу. Мне кажется, красноярцы сами не осознают, каким сокровищем обладают.

– Помимо достойного уровня оркестра, какие еще аргументы для вас стали решающими?
– То, что сразу же установились очень хорошие контакты с руководством филармонии – для долгосрочной работы, как вы понимаете, это необходимое условие. А то, что предложение возглавить оркестр исходило непосредственно от губернатора – для меня вообще было что-то шокирующее. Виктор Александрович Толоконский произвел на меня сильное впечатление своим пониманием жизни и функций оркестра. Было приятно узнать, что в свою бытность в Новосибирске он тесно общался с легендарным дирижером Арнольдом Кацем.

Оркестры во всем мире сейчас находятся в очень непростых условиях. Финансирование везде сокращается, многие коллективы просто на грани исчезновения. И приглашение в высокопрофессиональный оркестр, поддерживаемый правительством края, во главе которого компетентные люди – это же идеальные условия! От таких предложений не отказываются.

– А как предполагаете добиться своей цели – сделать оркестр узнаваемым в мире?
– Это не предположение – работа уже идет. Веду переговоры со своими менеджерами в Америке и Европе о гастролях – на их организацию уйдет не меньше года. Запустили новый сайт оркестра, там также есть информация на английском языке, чтобы любой заграничный импресарио мог свободно получить представление о нашей деятельности. Многие наши программы вскоре начнем транслировать через сайт в режиме он-лайн, они будут доступны в любой точке земного шара (первая такая трансляция прошла в начале июня, с участием солистки из США, 9-летней пианистки-вундеркинда Мадлен Шу, в программе прозвучали произведения Гайдна, Чайковского и Верди – Е.К.). Надеюсь, что удастся договориться о регулярных он-лайн трансляциях концертов через кинотеатры Красноярского края, чтобы наши выступления были доступны жителям региона, у которых нет персонального доступа в интернет.

Параллельно будем записывать самые знаковые наши выступления, я договорился с несколькими звукозаписывающими фирмами. Для Naxos выпустим симфонию советского композитора Моисея Вайнберга. Я уже записал четыре его симфонии в Санкт-Петербурге, сейчас перевожу этот проект в Красноярск. Также будем работать с американской фирмой PARMA, которая занимается, в основном, современной академической музыкой. Все это поможет нам выйти на мировой уровень, причем очень быстро.

Владимир Ланде

Владимир Ланде

– Вы так основательно работаете с произведениями Вайнберга – не опасаетесь, что публика не откликнется? Многие дирижеры боятся, и не без оснований, что современная музыка отпугнет слушателей.
– Вайнберга я не считаю современным композитором – он работал в прошлом веке и умер в 1997 году. А музыка его вполне доступна для восприятия. Хотя, возможно, не все знают имя Вайнберга, но произведения его на слуху, благодаря многим советским фильмам и мультфильмам – «Винни-Пух», «Каникулы Бонифация», «Летят журавли», «Укротительница тигров», «Афоня» и др. Конечно, мы будем исполнять более серьезные его сочинения. Но они тоже рассчитаны на широкую аудиторию, потому что там зачастую используются хор и солисты, то есть словарный контекст.

И потом, основное количество симфонических произведений этого автора посвящено жертвам войны. А сейчас, к моему глубочайшему сожалению, эта тема – тема борьбы с политическими течениями, которые приводят к краху человеческого сознания, – вновь стала актуальной… Мы просто обязаны ею заниматься.

– И все-таки, как переломить у слушателей недоверие к современной академической музыке?
– Переломить его действительно необходимо. Потому что, конечно же, мы должны играть классиков, но нам нужно также двигаться вперед. Я считаю, что исполнение новой музыки, изучение иных музыкальных языков и звукосочетаний помогает раскрытию и более традиционных течений. Согласитесь, что послушав современное произведение, потом иначе воспринимаешь Брамса или Бетховена. Осознаешь, что у каждого времени свой язык, у него есть свойство меняться – и это естественный процесс. Как поэма Ломоносова отличается от поэмы Цветаевой, хотя обе написаны вроде бы на одном языке.

Боязнь современной музыки, как известно, сложилась благодаря пристрастию композиторов конца 60-80-х годов прошлого века к атональности, что, собственно, было следствием небольшого эксперимента Шенберга. Который даже не предполагал, что в какой-то момент вся музыка неожиданно пойдет по такому пути.

– Сейчас пристрастия композиторов изменились?
– И весьма заметно. Если еще совсем недавно в моде были атональность и минимализм, то сейчас в произведениях многих талантливых композиторов наблюдается интересная эклектичность. На одной странице партитуры они умудряются сочетать множество стилей и направлений, и все это рождает совершенно новый и очень любопытный язык, который воздействует, в том числе, и на эмоциональном уровне. Почему произошел разрыв между композиторами и слушателями, откуда родилось это неприятие современной музыки? Публика не ассоциировала себя с ней эмоционально, не ощущала сопричастности, эта музыка была написана для определенного круга профессионалов. Я же сторонник того, что наше ухо цифровым не стало, оно по-прежнему «аналоговое». Поэтому буду привозить и исполнять музыку, где есть мелодия, ритм и гармония.

Посмотрите – люди с удовольствием ходят в кинотеатры и слушают музыку, написанную к «Гладиатору», «Звездным войнам» или «Пиратам Карибского моря». В Голливуде прекрасно понимают, что никто не пойдет на фильм с атональной музыкой. Я уверен, что исполнение подобных произведений пробудит у слушателей доверие к сегодняшним авторам, и словосочетание «современная музыка» больше не будет их пугать. А поскольку я сотрудничаю со звукозаписывающими компаниями, которые выпускают еще и новую музыку, у меня есть уникальная возможность отбирать лучшее.

– В Москве и Петербурге многие театральные и музыкальные события сейчас постоянно сопровождаются лекциями, выставками, открытыми дискуссиями и прочим интерактивом. Как вы относитесь к таким формам работы с аудиторией?
– Я их приветствую и сам готов практиковать. Такой интерактив давно появился на Западе. Еще в 50-х года прошлого века Леонард Бернстайн создал самый известный в мире цикл лекций о музыке. У меня, к счастью, есть возможность обратиться к первоисточнику, поскольку я двуязычен и до тонкостей понимаю, о чем он говорил и как сумел структурно построить свои лекции, что они были интересны абсолютно всем. Это эталон для меня, я буду равняться на него, когда в следующем сезоне запущу цикл таких публичных лекций в Красноярске.

Надеюсь также, что мы сможем пригласить Эдварда Радзинского. И первым нашим совместным проектом будет концерт произведений Моцарта – у Радзинского есть замечательная лекция, посвященная этому композитору.

– Насколько вам интересно исполнение рок-музыки в академической аранжировке – так, как это делает Лондонский филармонический оркестр?
– На собственном опыте уже не раз убеждался, что на стыке разных жанров рождается немало интересного. Я выступал со Стингом, у нас было много совместных концертов с Рэем Чарльзом, со Стиви Уандером. С Уиллом Смитом я исполнял рэп в сопровождении симфонического оркестра, в Мексике дирижировал оркестром с участием фольклорного ансамбля мариачи. Я ко всему открыт, готов и здесь работать в разных направлениях.

– Можете поделиться планами следующего творческого сезона?
– Некоторые проекты уже могу озвучить с определенностью. В декабре, помимо традиционного новогоднего концерта с множеством приятных сюрпризов, мы представим программу «Гершвин-гала». В первом отделении прозвучат «Американец в Париже» и «Рапсодия в стиле блюз» с замечательной американо-китайской пианисткой Шаин Ванг. Во втором – наиболее известные части оперы «Порги и Бесс», с участием афроамериканских солистов. Кевин Шёрт признан в последние три года лучшим Порги в мире. Уверяю вас, это будет концерт, на котором слушатели и исполнители зарядятся таким количеством позитивной энергии, что хватит на долгую холодную зиму. (Улыбается.)

Владимир Ланде

Владимир Ланде

Далее, мы презентуем программу «Аромат весны». Это часть моего проекта «Аромат звука» (Fragrance of the Sound). Я работаю с ведущими парфюмерами Франции, которые создают новые запахи на основе тех произведений, которыми я дирижирую. На мой взгляд, это интересная комбинация. Во-первых, сами парфюмеры называют себя композиторами, а ингредиенты, из которых они создают свои произведения, – нотами: нота перца, нота ванили, лаванды. А во-вторых, запах и звук воспринимаются сначала нашими эмоциональными отделами мозга, а уже потом фильтруются в церебральные.

А в октябре у нас состоится большой фестиваль памяти Ивана Всеволодовича Шпиллера. Я много наслышан о нем, в юные годы мне в Петербурге посчастливилось увидеть и услышать, как он дирижирует. Это был уникальный музыкант и человек. Достоинства, которые я отметил в игре Красноярского симфонического оркестра, – это, в первую очередь, заслуга Ивана Всеволодовича. Приятно, что основа, заложенная им, сохранилась здесь до сих пор.

ДОСЬЕ:

Владимир ЛАНДЕ родился в Ленинграде. В 1986 году окончил Санкт-Петербургскую консерваторию по классу гобоя и фортепиано. С 1984 по 1989 год работал концертмейстером группы гобоев в Академическом симфоническом оркестре Санкт-Петербургской филармонии. Работая в оркестре, начал обучаться дирижерскому мастерству у известного профессора Ильи Александровича Мусина.
С 1989 года живет в США, где обучался у выдающегося педагога Густава Майера. С большим успехом маэстро гастролирует в Новой Зеландии, Австралии, Великобритании, России, Европе, Латинской Америке и Азии.
С 2008 года – главный приглашенный дирижёр Санкт-Петербургского государственного академического симфонического оркестра. Одновременно работает с рядом оркестров США (главный приглашенный дирижер оркестра Национальной Галереи в Вашингтоне, музыкальный директор и дирижер камерного оркестра «Солисты Вашингтона», симфонического оркестра «COSMIC», камерного оркестра университета «Джонс Хопкинс» и главный приглашенный дирижер фестивального оркестра «Баханалия» в Нью-Йорке).
С 2009 года – музыкальный директор и дирижер Фестиваля современной американской музыки в Вашингтоне и «Интернационального музыкального фестиваля» в г. Талса, штат Оклахома.
Преподает в Американском университете и Консерватории в Вашингтоне, дает мастер-классы по всему миру.
С апреля 2015 года – главный дирижер Красноярского академического симфонического оркестра.

Фото Александра Нерозя и Никиты Ларионова.

Обсуждение


Похожие записи